Загадочный город Можайск: древние легенды, величественные храмы и тайны истории.
Достояние и аутентичность. Меня зовут Татьяна Лебедева, я поэт, являюсь членом Союза деятелей культуры и искусства. Это цикл «Городской житель», где мы раскрываем историческое, творческое и национальное наследие городов России.
И сегодня у нас на очереди город Можайск, расположен в западной части Московской области, всего в двух часах езды от столицы. Этот небольшой провинциальный городок сумел сохранить свою самобытность и уникальность.
Можайск – Священный город, главная его святыня – чудотворный образ св. Николая. Из исторических сведений можно заметить следующее. Люди приходили-приезжали в Можайск конечно из разных городов: Москвы, Новгорода, Твери, Углича, Владимира, Костромы, Ярославля, Нижнего Новгорода, Рязани… Но любой из этих городов сам красовался тогда, в ⅩⅥ веке чудными монастырями, десятками, а то и сотнями деревянных и каменных замечательных церквей, – в общем, каждый город имел святой облик. Тем не менее, русский народ выделил названием «священный» только Можайск. Насколько известно, больше ни к одному городу Руси, даже Москве, не применялась подобная характеристика. Таким образом, перед нами особенный случай, уникальное для Руси историческое, культовое, градостроительное явление, рассмотреть которое более внимательно – целесообразно во всех отношениях. Приведённое известие было опубликовано впервые в 1874 году и, следовательно, давно знакомо историкам и краеведам.
В народном представлении Николай Чудотворец – святой защитник пахарей, крестьян, вообще покровитель земледелия. В былинах о Вольге и Микуле, Илье Муромце и других, Микула (Никола) Селянинович выступает своеобразным символом всего земледельческого населения Русской земли. Нет никого сильнее, мудрее мирного пахаря. Но у него соха – тяжёлая, кобыле – нет цены, а в котомке у него даже не соль земли, а «тяга земная». В старину весной 10 мая праздновались «именины земли», которые прямо связывались в народном сознании с именем св. Николая. Ночью с 9 на 10 мая крестьяне призывали Святого:
«Микула-свет, с милостью
Приходи к нам, с радостью,
С великою благостью!
Держимся за сошку,
За кривую ножку…
Мать Сыра Земля добра,
Уроди нам хлеба,
Лошадушкам овсеца,
Коровушкам травки!»
Если же учесть, что св. Николай ещё и покровитель домашних животных (особенно коней), птиц, пчёл, а также диких зверей, то есть, по существу, почти всего живого на земле, то общее глубочайшее уважение, чрезвычайное почтение к нему становятся вполне объяснимыми. Однако даже это всё не исчерпывает достоинств святого.
Св. Николай Можайский стал почитаем не просто по всей Руси, но во всех слоях народа.
«Говорит-то им Василий Касимирович:
«Уж вы ой еси, дружина моя хоробрая!
Уж пойдёмте мы, робята, во Божию церковь,
Мы помолимся, робята, Восподу Богу,
А тому-же нонь Спасу Вседоржителю,
Пресвятой Матери Божьей Богородице,
А тому-же как Николы свет-Моженскому».
В одной из русских хроник есть запись под 1619 годом: «Ноября в 1 день государевы бояре ходили с Москвы и составиша с Литвою мир в троецком селе в Двулине на 14 лет… Того же лета принесён бысть из Литвы в Можаеск образ Великого Чудотворца Николы, иже на вратех».
В ⅩⅥ веке «град Можаеск», запруживаемый каждое лето сотнями, тысячами паломников, напоминал святую обитель. Поэтому иностранцы называли иногда Можайскую крепость «монастырём святого Николая». Город превратился тогда в крупный религиозный центр Русской земли на западе Москвы, – центр своеобразный, удивительный. Здесь было особое место почитания «Русского Бога» – замечательное духовное явление русского средневековья. А ведь в центре этом не имелось даже частицы мощей самого св. Николая, каковые имелись в некоторых московских церквах.
Конечно центр этот не был «чисто духовным» по функции целиком, каким был, например, другой крупнейший религиозный центр на востоке от Москвы – Троице-Сергиев монастырь. Разница заключалась не только в том, что Пресвятую Троицу немыслимо было даже сравнивать со св. Николаем – рабом Божиим. Можайск был всё же городом, со множеством своих, городских функций, а не одной – духовной. Этим и определялось своеобразие западного культового центра. И если Троице-Сергиев монастырь считался, почитался «святым», то город Можайск стал «священным». Таковым он был действительно признан русским народом, русской церковью, государственной властью.
Святыня русских.
Можайский чудотворный образ св. Николая был целью многовекового паломничества и священным объектом поклонения тысяч, миллионов православных русских людей, начиная от убогих нищих и заканчивая великими князьями, царями, например, Иваном Грозным или Борисом Годуновым. Бесчисленное множество резных и живописных воспроизведений образа разошлось из Можайска по городским и сельским храмам Святой Руси. Поэтому он заслуживает величайшего почтения, пристального внимания и всестороннего рассмотрения… В образе св. Николы Можайского интересно всё, вплоть до мелочей и нюансов.
Святыня в настоящее время находится в Третьяковской галерее и выставляется там для показ просто как деревянная статуя – памятник резного средневекового искусства. В отличие от прошлых столетий, когда она вся была «усыпана» драгоценностями, статуя доступна сейчас для осмотра каждому человеку, посещающему галерею. Экспонат представляет собой фигуру Святителя, вырезанную из дуба в полный человеческий рост. В основе – толстая, плоская доска, а фигура в святительском облачении, изваянная лишь спереди и по контуру, имеет чёткий пластический рисунок и силуэт. Лицо, руки с мечом и градом, а также ноги снизу добавлены и прикреплены отдельно, потому что, как предполагают, не могли быть вырезаны сразу из той же доски-основы. На фигуре – прямой меч в правой руке почти вертикален, пальцы левой руки, согнутые как на скрипке, поддерживают на ладони деревянный макет града-крепости, наклоненный к зрителю. Стены града образуют восмерик, на них – зубчики, спереди по трём пряслам крупная чёрная надпись «град Можае» («ск» стёрлось, исчезло, но существовало, судя по упоминанию конца ⅩⅥ века). Из града вынута и утеряна ещё в древности одноглавая церковка, которая была вставлена сверху в него как в карман и закреплена фиксационным штырём (сзади града – отверстие). Естественно, фигуру часто называют статуей, скульптурой, иногда горельефом, указывая тем самым на характер первичной, материальной формы (!). Получается, что в старину фигура была основой иконы, в условиях музея – изолированная статуя. Всё дело теперь в акцентах, в зависимости от того, кто что и как желает видеть. Если примирять позиции, то можно условно считать резной образ (как произведение искусства) находящимся в пограничной зоне между понятиями «трёхмерная статуя» и «двухмерная икона», а говорить лучше о его художественной форме и символическом содержании. Анализ формы глубже раскрывает «статуарность» образа, анализ содержания – его сущность. Впереди также загадки происхождения, датировки Святыни, наконец, удивительный вопрос её чудотворности.
Святой Никола Можайский имеет продолговатое лицо, которое существенно отличается этим от канонического, известному всему миру «округлого лика». С первого взгляда кажется, что художник-резчик передал не греческое, даже не европейское лицо, а какое-то персидское, тибетское… Привлекает внимание удивительно-странная мимика, зависящая от освещения: то видна снисходительная улыбка, то серьёзное, даже надменное выражение. Словами это не передать – лик нужно видеть, при разном освещении.
Исследователи до сих пор не прояснили действительно трудного вопроса о происхождении Можайского образа. Остался открытым и вопрос о датировке: можайский историк В. Горохов относил его появление к концу ⅩⅢ века, А. Некрасов – к началу ⅩⅣ, А. Вознесенский, Г. Вагнер – к концу ⅩⅣ – началу ⅩⅤ веков. Тайна явления св. Николы Можайского остаётся неразгаданной. «Заходы» на раскрытие тайны делались с разных сторон: «западной» скульптурности образа, романских черт стиля статуи, исторической ситуации… Легко заметить движение мыслей снаружи, от Европы всё ближе к Можайску, его собору. Но почему-то при этом миновали ворота крепости, то есть место, где находился сам образ. А ведь без учёта этого места все рассуждения отвлечены.
У св. Николы Можайского был постоянный адрес «иже на вратех» или «что на градских вратех». Фраза имеет двоякий смысл: на самих «вратех», либо в церкви «на вратех». Однако известно, что самое раннее воспроизведение можайского образа, причём каменное, появилось в Москве над воротами Никольской башни Кремля.
Открытым остаётся вопрос о художнике-резчике образа 1409 года или, в сущности, о происхождении Святыни. В документах ⅩⅧ века образ называли «явленным», то есть чудесно возникшим, а иначе говоря, изготовленным неизвестно кем. В Можайске для ворот была изготовлена увеличенная «резная икона». Её габариты были по меньшей мере 2,5 х 2 метра.
Образ есть подобие Первообраза. Это русские люди прекрасно понимали. Но всякий образ обыкновенно фиксирует какую-нибудь одну черту Первообраза. В этом – скромные возможности, немощь искусства, особенно изобразительного. И всё же гениальные произведения многотемны. Их создатели «ухитрялись» отразить несколько сущностей Первообраза. Таким гениальным произведением является Можайский образ св. Николая. В нём усматривается ряд символических трактовок всё увеличивающихся масштабов: местного, «планетарного», «космического». Эти трактовки обнаруживаются во всей совокупности икон св. Николая Можайского типа. Нужно только сопоставить иконы между собой. Начать целесообразно с масштаба местного.
Символ-оберег был устроен над воротами Можайской крепости. По посвящению главного храма крепости Можайск был «Домом св. Николая» и находился, следовательно, под небесным покровительством, защитой Святого. Кто с мечом покушался на город, его храм – от меча должен был погибнуть. Св. Никола как бы говорил своим видом врагам: «На вас аз есмь с мечём!». Надо полагать всё это учитывали и москвичи, когда у себя над Никольскими воротами Кремля воспроизвели именно Можайский образ, сняв свой, более древний. А можайцы? Они напрямую объясняли причину появления своего образа Святого якобы действительным событием, происшедшим у них – явлением св. Николая.
В давние времена при каком-то нападении врагов на Можайск и возникшей оттого опасности уничтожения городского соборного храма, св. Николай, как скорый защитник невинно страждующих, в одобрение и восхищение жителей, возник в грозном виде стоящим в воздухе над собором. Одной рукой он поднял сверкавший меч, готовый конечно молниеносно опуститься на головы врагов, в другой держал как бы град Можаеск в знак охранения его. Устрашённые необычным, жутким небесным видением, неприятели бежали, а горожане, в благодарное воспоминание могущественного заступничества, вырезали вскоре из дерева изображение чудесного образа.
Легенда можайцев могла конечно появиться позднее, для объяснения возникшей иконы: ведь это легенда и никто не знает даты её происхождения. Привязать же этот рассказ к конкретному историческому эпизоду – не представляется возможным.
«Ведомость по городу Можайску» 1775 года содержит интересное сведение: «А в котором точно году сей город строен – описания нет, но во время воюющей в России литвы претерпел великое разорение и опустошение, до коего было 75 церквей». Действительно, просматривая можайские акты конца ⅩⅥ и начала ⅩⅦ веков, анализируя другие документы, топонимику города, удаётся обнаружить сведения о всех 75 церквах. В центральном государственном военно-историческом архиве (ЦГВИА) обнаружена копия плана Можайска 1774 года с подлинного плана 1773 года, хранившегося в архиве Межевой чертёжной канцелярии Правительствующего Сената. На копии надпись: «Геометрический план уездного города Можайска, со всеми принадлежащими к нему заселёнными и незаселёнными выгонами и владельческими землями, межевания, учинённого с 755 по 765 год прежнего Генерального межевания межевальщиком Расловлевым и многими другими, по нём бывшими; сочинён надворным советником и провинциальной межевой конторы вторым членом Александром Колобовым сентября 28 дня 1773 году». Подпись: «Сей план с подлинного копирован в Санкт-Петербургской межевой чертёжной 1774 года… Масштаб к плану: в одном делении – 100 сажень».
Можайск был «снят» военными межевальщиками-геодезистами в 1755-65 годах, за 20 лет до общей регулярной перепланировки города. На плане указаны древние трассы улиц, дорог, застройка ⅩⅧ века. Но самое ценное на плане Александра Колобова – это указание погостов (церковных участков) давно исчезнувших храмов ⅩⅥ века! План позволил привязать 60 церквей из 75!
Храмы эти, преимущественно деревянные, были когда-то с любовью выстроены можайскими зодчими-плотниками. Храмы украшали Можайск, поднимаясь над его жилой застройкой шатрами, главками, крестами, образуя неповторимую композицию, составляя облик, образ Священного города русских. С современной прагматической точки зрения это была сказка, мираж, видение, проявленное из «ненужных» зданий.
Но всё это было реальностью.
Конечно, все достопримечательности Можайского городского округа не уместить в одной статье. Здесь есть и монастыри, и дом-музей советского художника Сергея Герасимова, и исток Москвы реки с завораживающим названием Замри-гора – самая высокая точка Московской области.
Значит будет больше исследований, больше путешествий, тем более, что до Москвы лишь 2 часа езды.
В заключении.
Можайск – Священный город русских.
Можайск – Священный город русских,
Историю в себе хранит.
Доносит колокол, пусть грустный,
Но сквозь века для нас звучит.
Чтоб жили, помнили и чтили
Потомки долгие года.
Ведь есть в Можайске те святыни,
Что не забыть нам никогда!
Бородино, соборы, судьбы
И чудотворность образов.
Священный город – ты как чудо,
Хранит тебя туман веков!
Татьяна Лебедева, член СДКиИ
